Владимир Любаров – из «перпендикулярных» людей.

В детстве не любил рисовать – стал художником.

В советские годы, когда о существовании дизайна как искусства мало кто подозревал, оформил более ста книг и делал смелый – как по мысли, так и по оформлению журнал «Химия и жизнь».

Когда в начале 90-х дизайн вошел в моду, оставил должность главного художника престижного столичного издательства – и подался в живописцы. К этому времени как раз начался спад интереса к русским живописцам на Западе.

Вот и славно, видимо, подумал художник Любаров.

Накупил себе холстов, кистей и красок – и лет на десять уехал рисовать в полузаброшенную деревню с сердечным названием Перемилово. Так, по преданию, назвала ее Екатерина Вторая, сославшая туда с глаз долой очередного своего фаворита. Дескать, милого – но с явным перебором…

На чердаке перемиловского дома – с небеленой печной трубой и разбитым оконцем с фанеркой (это помещение Любаров уважительно именует «мастерской»), из-под кисти художника вышли серии его картин «Деревня Перемилово» и «Город Щипок», впоследствии, как и положено городу с деревней, слившиеся воедино, а также «Амстердам» , «Еврейское счастье», «Наводнение» и «ФизкультПривет!» .